Всё решено: без мобилизации и наступления. Как России заканчивать СВО?

Россия не планирует в ближайшее время проводить массовую мобилизацию и бросать на фронт сотни тысяч свежих войск, чтобы начать масштабное наступление и одним могучим ударом закончить нынешнюю войну. После нескольких месяцев пересудов, слухов и сомнений вопрос можно считать закрытым.

Почему об этом можно говорить так уверенно? Во-первых, потому, что об этом прямо сказал президент России Владимир Путин, назвавший мобилизационные инсинуации «чушью собачьей» и вражеской провокацией, направленной против России. Заявление главы государства ставит точку в длинной череде опровержений, которые звучали от его пресс-секретаря Дмитрия Пескова, зампреда Совбеза России Дмитрия Медведева, сенатора Андрея Клишаса, официального представителя России при ООН Василия Небензи, членов думского комитета по обороне депутатов Виктора Соболева и Андрея Колесника.

Во-вторых, потому, что украинские власти официально и под камеры заявили, что мобилизация в России обязательно будет. В конце августа постпред Украины при ООН Андрей Мельник призвал граждан России бежать за рубеж от мобилизации, которая, по его словам, обязательно начнётся сразу после сентябрьских выборов. Ранее аналогичные заявления делал военный диктатор Владимир Зеленский.

И вот сочетание этих двух факторов даёт почти стопроцентную гарантию, что мобилизации в России, по крайней мере в ближайшей перспективе, не будет. Практически невозможно представить ситуацию, в которой Кремль начнёт принимать решения, разрушающие нашу публичную позицию и подтверждающие правдивость слов киевской шайки. Владимир Путин десятилетиями выстраивал репутацию политика, который держит слово; Сергей Лавров постоянно жалуется, что Запад нарушает обещания и нагло лжёт. Реноме страны, которая держит взятые на себя обязательства и не «переобувается в воздухе», — один из важнейших козырей России в отношениях с Китаем и Глобальным Югом, и в этом контексте Москве выгоднее перенести утверждённые сроки мобилизации (даже если бы они были), чем слепо следовать планам по проведению наступательных операций. Повторимся: даже если бы они были, а их существование — чистой воды домыслы.

В общем, киевский режим может выдыхать, кричавший «Волки!» Вовочка — снова ошибся. Но если Россия не будет проводить мобилизацию, то что же она будет делать, скажем, в ближайшие полгода? Ответ прост и можно даже сказать неказист: Россия будет бомбить.

Бомбы, очень много бомб

Согласно свежей статистике, август стал третьим подряд рекордным месяцем по применению авиабомб. За месяц ВКС России применили не менее 8766, сбрасывая по 283 ФАБ в сутки, или почти по 12 бомб в час. На протяжении всего месяца, без пауз и перерывов на сон и обед.

Рост от месяца к месяцу небольшой — от 5% до 10%. Но постоянный и неостановимый. По сравнению с 2024 годом Россия использует бомбы в четыре раза чаще. Благодаря чему получила просто недостижимые ранее возможности по уничтожению и полевых укреплений, и тыловой инфраструктуры противника. Ранее вражеские аналитики отмечали, что до половины наших ФАБ расходуется на удары по пунктам управления беспилотниками. На профильных каналах полно видео, на которых по местам расположения украинских дроноводов разом прилетает по четыре тяжёлых фугаса. Русский воздушный молот беспощадно перемалывает украинскую дроновую сеть, ежедневно уничтожая самый ценный и трудновосполнимый на любой войне ресурс — подготовленных людей. Сколько времени занимает у врага подготовка оператора-дроновода? Месяц, два, может быть, несколько недель? Возможно, но в любом случае существенно дольше, чем требуется для поточного производства авиабомбы.

Суть нынешней борьбы сводится к тому, что Россия меняет вагоны относительно дешёвых и массово производимых боеприпасов на дорогих и очень востребованных вражеских спецов. И каким бы ни был обменный курс — три, пять, десять, да хоть даже и двадцать ФАБ на одного оператора, — он нас устраивает.

Возможно, это слишком оптимистичное предположение, но, кажется, Россия простилась с одним из самых мерзких и вредоносных подходов в нашей истории, выраженным известной фразой: «Бабы ещё нарожают». С нынешней демографией не нарожают, а вот сделать лишние 100 тысяч бомб — не дороже денег стоит.

Притом что лимитов на расход у нас нет, так как нынешние возможности опираются не на довоенные запасы, а на развёрнутое поточное производство. Сколько русская промышленность может синтезировать гексоген, лить сталь и выплавлять алюминий? Сколько Минпромторг может завозить в страну дешёвые китайские микрочипы и полётные контроллеры?

Столько — сколько нужно. Ограничений ни по времени, ни по объёмам фактически нет. Отдельная партия компонентов может быть ограничена в числе закупаемых изделий, но вот число таких партий может быть каким угодно.

В этом отношении нам, опять же, торопиться некуда. Россия ничего и ни у кого не просит, воюет за свои деньги, практически полным циклом производя оружие, и будет это делать до тех пор, пока не кончатся враги.

Параллельно растёт поголовье «селезней» — бомбардировщиков Су-34, которые обеспечивают большинство бомбовых ударов. На основе данных открытых источников подсчитано, что к началу текущего года число этих машин в составе ВКС достигло 212 единиц. И если в 2024 году промышленность передала военным 16 новых Су-34, то в прошлом году авиация пополнилась уже 18 бомбардировщиками. Не исключено, что по итогам текущего количество произведённых машин превысит два десятка.

В сухом остатке

Россия реализует преимущество в авиации и ракетных комплексах. Удары наносятся на всю глубину обороны противника: от передовых опорных пунктов до польской границы.

И в этих условиях стране нет никакого смысла форсировать события, будь то организация крупномасштабных наступлений или ускорение переговорного процесса. Нам просто некуда спешить, время играет на русских более чем когда-либо. А это значит, что в ближайшие месяцы мы будем бить вражеский фронт и вражеский тыл до тех пор, пока так называемая Украина не начнёт коллапсировать.

Предсказать, когда точно наступит этот момент, невозможно. Но судя по тем последствиям, которые мы уже наблюдаем на Украине, — это точно не годы. Скорее месяцы, вероятно, около полугода. Зато можно с уверенностью назвать симптом, который укажет, что противник дозрел до нужной кондиции: ВСУ не смогут организованно отступать с удерживаемых позиций.

Сейчас враг отползает с одной линии обороны на другую, прикрывает свои отходы сериями контрударов, но накануне разгрома характер отступлений изменится: они будут сопровождаться обвалами целых секторов и быстрыми откатами от одного природного рубежа к другому. Враг будет цепляться за русла рек, так как держать оборону в полях и городской застройке ему уже не хватит сил. Скачки будут проводиться на десятки километров.

И вот тогда станет понятно, что предпосылки для окончательного разгрома ВСУ сложились и России действительно есть смысл напрячь экономику и общество, провести мобилизацию и завершить конфликт серией мощных наступательных операций, каждая из которых будет встречать меньшее сопротивление, чем предыдущая, и обеспечивать большее продвижение.

Влад Шлепченко