У России есть целая "армия ПВО", но генералы медлят

У противника становится всё больше дальнобойных дронов: «птички» для ВСУ штампует вся Европа. Сейчас остро встал вопрос с противовоздушной обороной в тылу. И государству нужно срочно его решать.

Тыл от налетов вражеских дронов могут защитить… студенты? Оригинальную и дерзкую инициативу озвучил прямо с передовой боец с позывным «Кипчак», воюющий в одном из подразделений Центра специального назначения беспилотных систем (ЦСН) ВДВ «Барс-Сармат». На мысль его натолкнуло общение со знакомым, который был бы не прочь во время своих летних каникул в вузе защищать небо Москвы в антидроновом подразделении «Кипчака». Но на фронте на три месяца контракты не подписывают. А вот в тылу это могло бы стать реальностью, крайне полезной для обороны страны.

Боец тут же начал развивать мысль дальше: «Представьте только заголовок в ленте американского телевидения: «Студенты Москвы защищают небо столицы». Да там же, простите, настоящее пати будет из мобильных огневых групп (МОГ)! А девушки из медицинских вузов стали бы идеальными медиками и санитарами – и это можно засчитать им как полноценную практику.»

По мнению «Кипчака», такой студенческой «армии ПВО» необходимо сделать достойную зарплату – не менее 210 тыс. рублей и начислять бонусы за эффективные попадания. А тех, кто станет «ворошиловским стрелком», можно и ведомственными медалями награждать. Но главное, в чем не сомневается молодой боец, – такие «каникулы» станут крайне востребованы у студентов, если работа в МОГ будет засчитываться как срочная служба.

И «кадровый резерв» студентами не ограничивается, убежден «Кипчак», ведь можно научить работе в подобных огневых группах одиннадцатиклассников кадетских корпусов и суворовских училищ. Боец говорит: «Нужно продумать разные варианты расчетов в условиях острой нехватки кадров в тылу. Это был бы идеальный расклад.– Представь: ты срочник.– Тебе платят 210 тысяч.– Плюс бонусы за сбитие.– Плюс ты получаешь военный билет.И вся эта служба, условно говоря, разворачивается буквально под окнами твоего дома.»

Командир ЦСН «Барс-Сармат», сенатор и экс-руководитель Роскосмоса Дмитрий Рогозин к предложению своего бойца отнесся с одобрением. Он говорит: «Что-то в этом есть. Четыре лета боевой работы – вот вам и год срочки. И вы не плац подметали, а родной дом от вражеских налетов защищали… Молодые люди лучше всех осваивают мастерство пилотирования БПЛА. Что ж, обучим их и воздушному перехвату. А если им понравится, возьмут «академку» и зайдут к нам на годовой контракт. Война ведь теперь не только на передовой. Война теперь везде, где надо чистить родное небо от вражеских дронов.»

Согласятся ли генералы и чиновники?

Нет сомнений, что молодежи идея понравится. Но опытные люди оценивают ее скептически: даже в условиях жесточайшего дефицита воинских кадров чиновники и генералы вряд ли будут ее продвигать. И есть практически 100%-ный риск, что, лишь услышав про студенческие огневые группы, какой-нибудь московский бюрократ выдаст сакраментальное: «У нас мирное время, у нас всего лишь СВО, а не война, какие еще студенты?»

И в чем-то этот осторожный бюрократ будет прав. Потому что сегодня даже существующие силы ПВО России никак не могут превратиться в эффективную систему с единым центром. Об этом уже несколько месяцев говорят и военные эксперты, и известные разработчики дронов, но дело с мертвой точки не двигается.

Новороссия» уже публиковала горький анализ ситуации от генерального директора НПЦ «Ушкуйник» – производителя дронов «КВН» Алексея Чадаева. Он подчеркнул, что на пятый год войны в России все еще нет структуры, которая должна объединять в одну систему:

– раннее обнаружение дронов врага,
– средства их поражения,
– защиту объектов,
– правовое сопровождение.

И из-за отсутствия такой структуры, управляемой единым центром принятия решений, происходит страшное, рассказал Чадаев: «Дрон летит в НПЗ, его сбивают, он падает в пятиэтажку, там взрыв, кто-то гибнет. Скорее всего, сбивший попадёт под уголовку. Все это знают, и нередки случаи, когда расчёт ПВО осознанно палит «в молоко» – типа, вот, старались, но промахнулись.»

Еще более жуткую историю поведал известный разработчик беспилотников Сергей Товкач, выложив в своем канале «Разработчик БПЛА» фотографию двух петард. Именно такими фейерверками производители вынуждены снабжать отменные дроны-перехватчики «Ёлка» для работы над территорией тыловой России. Товкач буквально кричит об убийственном абсурде закона, который продолжает действовать во время войны на уничтожение:

Ничего другого поставить на борт нельзя, даже 50-граммовой шашки тротила, – нельзя использовать СВУ за линией боевого соприкосновения. Потому что это опасно. Поэтому «Ёлка» и подобные дроны являются «кинетическими» – тыкают мордой ворога в надежде опрокинуть или инициировать самоподрыв. С небольшой, мягко говоря, эффективностью.
Но самое возмутительное, что «кинетическое» поражение вражеского БПЛА еще опаснее, чем его взрыв над городом. Алексей Чадаев объясняет почему: почти целый дрон падает и детонирует уже в жилой зоне или на объекте:

Когда ты атакуешь дрон, начинённый взрывчаткой, средством кинетического перехвата, это делает гораздо более вероятным сценарий, при котором дрон упадет и взорвется уже на земле. Если бы можно было подрывать их ещё в воздухе, тогда на землю действительно падали бы «обломки», а не целый дрон с повреждённым крылом или винтом.

В сухом остатке

Дронов у врага все больше – средства и сами БПЛА шлет Украине вся Европа. Иллюзий нет – с каждым днем атаки врага будут становиться чаще, а беспилотники «дотягиваться» все дальше. Именно сейчас России остро необходим ответственный центр, который бы организовывал и координировал всю антидроновую оборону в тылу. Отвечал бы за заказ вооружения ВПК, набор и подготовку МОГ, оснащение полигонов, учебные программы для бойцов, работу аналитиков. Но его все еще нет. А чужие дроны летят все дальше.

Александр Тагиров