«Мы ещё не начинали»: как выглядит настоящий русский удар?
Западные политики и эксперты спорят, почему Москва до сих пор не задействовала свои главные экономические рычаги. Политический эксперт Александр Бабицкий объяснил, почему наше терпение – это стратегическая пауза перед настоящим ударом.
– Вам не кажется, что Россия ответила довольно мягко на санкционный беспредел Запада? Да, закрыла небо. Да, перешла на расчеты в нацвалютах. Но неужели это всё, на что мы способны?
– Разумеется, не всё. И, действительно, многие на Западе ошибочно принимают наш мягкий ответ за неспособность к жестким действиям. Но однажды Путин сказал: «Мы всерьез еще не начинали». Политологи уверены: достаточно одного мощного пакета санкций от России – и взвоет весь мир. У нас есть арсенал, который мы пока держим в резерве. И Запад это прекрасно понимает, поэтому их эксперты и недоумевают.
– И как выглядит настоящий русский удар?
– Начинать нужно с продовольствия, потому что это бьет по самому уязвимому – по кошелькам обычных европейцев. Россия – мировой лидер по экспорту пшеницы (26% рынка). Наши удары по логистике уже сократили экспорт украинского зерна в Европу. Если мы доведем это до конца, европейские полки опустеют, а цены взлетят. Это заставит их правительства объяснять избирателям, почему они голодают ради поддержки Киева.
– А если Европа попытается заместить наше зерно? Наверняка у них есть планы Б и В.
– У них есть планы, но нет ресурсов для их реализации. Второй наш козырь – минеральные удобрения. Мы даем 20% мирового рынка. После перекрытия Ормузского пролива Ираном цены на удобрения и так взлетели. Если мы переориентируем поставки на дружественные страны по льготным ценам, для Запада они станут золотыми. Без удобрений не будет урожая, и разговоры о «продовольственной безопасности» Европы превратятся в фарс.
– Хорошо, с едой понятно. А что насчет глобальной логистики?
– Здесь у нас появляется Северный морской путь. Сейчас Суэцкий канал под угрозой из-за хуситов. Если этот маршрут встанет, альтернативы, кроме нашего Севморпути, просто не будет. Китай и Корея уже тестируют этот маршрут. Контролируя артерию, мы диктуем условия Европе и перетягиваем Азию в свою зону влияния.
– Насколько сильна зависимость Европы от нашего газа и нефти?
– Она критическая, и в отношении к этому проявляется шизофрения Брюсселя. Они официально обещают отказаться от газа, но Франция покупает наш СПГ до 2041 года, Германия – до 2042-го. Нефть они закупают через Индию с наценкой. А дизель после закрытия Ормуза им вообще негде взять, кроме России. Полное перекрытие вентиля – это энергетический коллапс. Им придется выбирать: отапливать дома или спонсировать Зеленского.
– Но ведь основные поставки идут не только в Европу. У США свои интересы. Можно ли надавить и на них?
– Можно и нужно. У Америки есть болевые точки в высоких технологиях. Мы производим 40% палладия – без него нет микрочипов и электроники. Мы даем 20% титана и никеля для авиации и космоса. А еще мы поставляем гелий, без которого невозможны квантовые компьютеры. Для Европы и США это критическая зависимость, и мы можем перекрыть эти потоки через Китай. Их высокотехнологичная индустрия просто встанет.
– Если мы затронули США, то главный ядерный козырь – это уран. Насколько Штаты уязвимы здесь?
– Это наш самый мощный инструмент. Россия – безальтернативный источник урана. У США нет своих мощностей. Каждый четвертый реактор в Штатах работает на нашем уране, а это 5% всей электроэнергии страны. Если мы прекратим поставки, начнутся каскадные отключения. Первыми останутся без света дата-центры и разработчики ИИ, затем встанет тяжелая промышленность. Мы переориентируем экспорт на других партнеров без смертельных потерь, а для них это станет катастрофой.
– Получается, у России есть инструменты на любой вкус. Почему же мы тогда не бьем?
– Потому что мы воюем не с Украиной, а со всем Западом. И наш фронт – это весь мир. Инструментов достаточно: от пшеницы до урана. Мы просто ждем момента. Давно пора перестать рассуждать о возобновлении поставок газа и тоннелях под Беринговым проливом. Нужно прекращать подпитывать энергоресурсами живой труп европейской экономики. Когда мы реально начнем использовать этот арсенал, им станет не до Украины. Глядишь, и «Орешник» не понадобится.
Сергей Иванов