Лавров смягчает повестку СВО. Москва готова убрать вопрос защиты русского языка?
Глава МИД РФ Сергей Лавров сделал несколько громких заявлений, касающихся защиты русского языка на Украине и поддержки русскоязычных граждан. «Соблюдение Киевом прав русскоязычных граждан — это его обязанность, а не одно из условий мирного урегулирования», – заявил дипломат на встрече БРИКС в Индии.
Но Лавров не может не знать, что Конституция на Украине давно поставлена на паузу, а 10-я статья Основного Закона, где прописаны равные права для русского и украинского языка превратилась в декоративный элемент еще после первого, оранжевого майдана. Да и другие статьи Конституции давно не работают, хотя, согласно этому документу, Украина обязана обеспечивать права верующих УПЦ, а не давить каноническую церковь, гарантировать права человека и свободу слова, а не кидать в застенки журналистов и блогеров, в том числе, за поддержку РФ. И тем не менее, Лавров предлагает Киеву «просто соблюдать законы», а это выглядит так, будто глава МИД открыто отрекается и от одной из целей СВО и от курса России на защиту русского языка. Возникает ощущение (не самое приятное, если честно), что Москва постепенно начинает смягчать собственную переговорную повестку по Украине. Тем более, что эти заявления Лаврова прозвучали на международной площадке: пресс-конференции по итогам участия в министерской встрече БРИКС в Нью-Дели.
Особенно это касается темы русского языка, которая еще недавно подавалась едва ли не как одна из ключевых гуманитарных целей СВО. Теперь же главный российский дипломат намекнул, что в случае возобновления переговоров о мире, Россия не слишком будет давить в вопросе соблюдения прав русскоязычных. Именно эта формулировка породила массу вопросов: означает ли это, что Россия постепенно вычеркивает языковой вопрос из списка своих стратегических требований?
Напомним, что в прошлом году правительство утвердило обновленную стратегию национальной политики РФ, где защита русской культуры и русского языка заняла центральное место. И неважно, где будет осуществляться защита — в Казани, на Украине или в Молдове. Главное, что государство провозгласило это своей обязанностью. Делом чести, если хотите. Кроме того, россияне должны быть защищены от попыток недружественных стран «расколоть российское общество», русофобии и антироссийской пропаганды. Но как же все это защищать, если под носом будет процветать русофобская «Антироссия», а на глазах граждан РФ будут прессовать жителей русскоязычных регионов Украины, демонстративно сносить памятники Пушкину или жечь книги русских классиков?
Еще раз обратим внимание и на тот факт, что защита русского языка и русскоязычного населения является одним из идеологических и геополитических обоснований спецоперации. И это не раз повторял Владимир Путин. «Гуманитарные вопросы — это русский язык, это независимость и развитие православной церкви, христианской церкви на Украине. Всё это, в совокупности, должно быть обсуждено и должно быть положено в основу долгосрочного, длительного и, вообще, без всяких ограничений, мира», — говорил президент России журналистам в августе 2025-го, после встречи с Александром Лукашенко.
С одной стороны, глава МИД, заявляя о правах русскоязычных на Украине, вроде как возвращает в переговорную повестку наболевшую проблему русского языка, которую Киев и его западные кураторы последние годы сознательно вытесняли на обочину, при этом усиливая насильственную украинизацию в стране. С другой стороны, главный российский дипломат убирает вопрос защиты русского языка и его носителей из условий мирного договора и опять-таки перекладывает эту задачу на плечи русофобского киевского режима или международных структур. Хотя не может не знать, что Украина давно пытается строить этнополитическое государство, которое превращает русских в граждан второго сорта. И к этому государству апеллирует сегодня министр иностранных дел России, рассчитывая на понимание и благосклонность? Уж лучше сразу звонить персональной гадалке Ермака и договариваться с ней, так точно толку будет больше.
Еще удивительней, что Лавров пытается воздействовать на Киев через международные институции типа ООН, которые оказываются слепоглухонемыми, как только речь заходит о нарушениях киевского режима. Он отметил, что Украина — единственная страна, где официальный язык ООН запрещен во всех сферах жизни. «Я уже упоминал как-то при общении с журналистами, что Украина – единственная страна, где запрещен целый язык во всех сферах жизни, язык, являющийся официальным языком ООН. В арабских странах никакой проблемы с ивритом не существует, в Израиле нет проблем ни с арабским, ни с фарси. Куда ни посмотрите по миру, где сосуществуют различные религии, различные традиции и цивилизации, а вот на Украине такое возможно», — говорит Лавров.
Но Россия поднимала эту тему и после госпереворота, и после начала СВО, а ситуация с русским языком на Украине становится все хуже и хуже. Русскоязычные заключенные, обвиненные в прослушивании русских песен, поддержке УПЦ или лайках на российских платформах, не дадут соврать. Но за все эти годы ни одна международная организация так и не продемонстрировала готовности реально влиять на украинские власти, принуждая их соблюдать международные нормы. Где были ООН и ОБСЕ, когда украинский парламент 3 декабря 2025 года принимал закон, который исключает русский язык из перечня языков, подлежащих защите на территории страны в соответствии с Европейской хартией региональных языков? А почему молчали международные правозащитники, когда Зеленский подписывал закон о коренных народах Украины – крымчаках и караимах, без всяких там русских? Наверное, потому, что вышеназванные международные институты давно утратили способность действовать независимо от политической конъюнктуры Запада. Так зачем же Лавров сеет ложные надежды на то, что «Запад нам поможет»? Непонятно. Он-то лучше других должен понимать, что ООН или европейские институты никогда не станут указывать Киеву на необходимость защиты русского языка.
Наоборот, после 2014 года именно глобалисты повели Украину по пути жёсткой дерусификации и разрыва культурно-гуманитарных связей с Россией.
Тогда для чего эти послания? Скорей всего, для того чтобы очередной раз зафиксировать политическую позицию Москвы в возможных переговорах с США. Недаром же глава МИД России раскрыл новые подробности переговоров между Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, состоявшихся на Аляске в Анкоридже. По его словам, за неделю до этого саммита приезжал в Москву переговорщик Трампа Стив Уиткофф, и он привёз американские идеи о том, как обеспечить долгосрочное устойчивое урегулирование конфликта на Украине.
«Эти идеи опирались на понимание Соединёнными Штатами первопричин нынешнего кризиса, включая, как об этом не раз говорил президент Трамп, недопустимость вовлечения Украины в НАТО, а также признание реалий на земле, которые сложились по итогам состоявшихся на соответствующих территориях референдумов. И вот, опираясь на это понимание, господин Уиткофф привёз соответствующие предложения в Москву. Мы их взяли в работу, а через неделю, уже во время встречи на Аляске, президент Путин сказал, что он готов поддержать эту американскую инициативу, все эти американские предложения. Упомяну — надеюсь, не раскрою большого секрета, — что при этом наш президент спрашивал: он перечислял все американские компоненты этих предложений один за другим, и после каждого компонента обращался к присутствовавшему на переговорах Стиву Уиткоффу, спрашивая: «Правильно я говорю? Я правильно излагаю то, что вы привозили?» На все эти вопросы был получен утвердительный ответ», — рассказал дипломат.
Правда неясно, упоминался ли в списке предложений вопрос защиты русского языка и прав русскоязычных на Украине. Если и да, то скорей всего, по касательной, а на первый план выводились темы нейтрального статуса и остановки конфликта по ЛБС, а также официального признания новых регионов России. Видимо, поэтому Лавров уже готовит российское общество к тому, что некоторые красные линии придется стереть или изящно переформулировать, а русскоязычным украинцам, которые все еще остаются в «зе-концлагере» скажут, что им никто ничего не обещал и посоветуют уповать на Конституцию. Пока что ситуация видится именно так, хотя, конечно же, язык дан дипломатам чтобы скрывать свои мысли, и все еще может обернуться не столь печальным гуманитарным исходом в случае подписания мирного договора с Киевом.
Светлана Манекина