«Конец всем мостам от Киева до Запорожья»

В Китае прошел саммит «Большой тройки». Европа и киевский режим, как могли, старались его сорвать. Ради этого три дня били по Крымскому мосту. То, чего они добились, сказал президент Путин по итогам работы саммита АТЭС. По его словам, он обсуждал с Совбезом России возможное прекращение огня в ряде сфер, «но после ударов по Крымскому мосту договариваться не будем». А вот ответные действия России на атаки по Крымскому мосту будут гораздо более болезненные.
Военный эксперт, историк сил ПВО Юрий Кнутов рассказал, каким будет ответ за террор, уторенный Западом руками Киева. По его словам, на этот раз Киев вряд ли отделается только потерей энергетики. Террористические удары по Крымскому мосту, которые продолжились в четверг, 19 ноября, могут обернуться для Украины ее фактическим разделением на две части.
В ночь на 19 ноября враг снова нанес удар по Крымскому мосту. Глава республики Крым Сергей Аксенов сообщил, что движение по переправе временно приостановлено для проверки причиненного ущерба. Позже он объявил о скором возобновлении поездов.
Военный эксперт Юрий Кнутов напомнил, что противник с помощью Запада совершил акт международного терроризма:
— Крымский мост является гражданским объектом, военные грузы по нему не идут. Поэтому, по сути, это террористический акт со стороны Киева. Цель — продемонстрировать, что киевский режим готов к продолжению войны, для этого нужны только деньги и оружие. Такая медийная акция.
— Как все-таки противнику удалось повредить Крымский мост?
— Считаю, что в первых ударах по Крымскому мосту все-таки использовалась доработанная ракета «Фламинго» с боевой частью в одну тонну. Да, у ракеты «Фламинго» манёвренные характеристики плохие — она большая, неуклюжая, но в данной ситуации однотонная боевая часть могла решить такую сложную боевую задачу.
Обратите внимание, они попали. А для того, чтобы попасть в яблочко, нужно иметь только такую систему, как «Старлинк». Наведение шло через терминал «Старлинк», который либо был взломан, либо находился на промежуточном дроне, который выполнял роль ретранслятора.
На следующий день Нидерланды заявили, что якобы там применялись дроны «Рута» и «Лорд», из девяти якобы долетели семь. Но дрон «Рута» имеет боевую часть 150 килограммов, которая никогда не сдвинет плиту на Крымском мосту, а беспилотники «Лорд» имеют боевую часть в 50 килограммов — это вообще, как слону дробина. Они могли сделать несколько выбоин в асфальте и не более того. Специально была организована дезинформация, чтобы Илон Маск не мог обвинить Киев в незаконном использовании его терминала для удара по гражданской цели.
Даже не сомневаюсь, что операция разрабатывалась, с применением программы искусственного интеллекта (ИИ) «Maven Smart System» от американской компании «Палантир» — то есть собирались данные о наиболее уязвимых местах нашей системы ПВО, и затем программа планировала, как проводить операцию даже не по минутам, а по секундам, чтобы преодолеть нашу защиту.
— Как нам теперь защитить мост, чтобы был смысл в его восстановлении?
— Удар наносился с моря, так как над Запорожской и Херсонской областями есть несколько рубежей ПВО, а в данном случае только береговая ПВО. Поэтому средством защиты могло бы стать размещение барж, на которых размещены средства противовоздушной обороны и отделения борьбы с безэкипажными катерами. Однозначно нужно создавать дополнительный рубеж, а может быть, даже и два рубежа ПВО прежде, чем заниматься восстановлением моста. Иначе работа будет бесполезной. Атаки будут продолжаться со стороны моря, в том числе, отвлекающие удары со стороны Запорожской и Херсонской областей, я в этом даже не сомневаюсь.
— В Киеве уже готовятся к нашему ответу — в ближайшие два дня там ожидают массированного ракетного удара по Киевской ТЭЦ с применением до 45 крылатых ракет Х-101 и баллистики…
— Я бы сосредоточил внимание не только на Киевской ТЭЦ. Это, конечно, существенный объект. Но, даже при ее разрушении можно будет подавать напряжение в Киев от соседних электростанций, в том числе и атомных, так как в советское время была создана закольцованная система. Поэтому здесь нужно работать еще и по линиям электропередач, подстанциям трансформаторам, чтобы полностью отрезать Киев от возможности получения электроэнергии на длительную перспективу.
Я сторонник того, чтобы Украину планово и эффективно разрезать пополам. Для этого нужно вывести мосты, начиная от Киева и заканчивая Запорожьем. Все капитальные мосты должны прекратить существовать. Таким образом, мы решим проблему поставок оружия и боевой техники на территорию Донбасса. Если мы это сделаем, то возможности продолжать войну у Киева не будет.
— За ударами по Крымскому мосту стоят британцы, французы и немцы, это операция трех штабов, — говорит в свою очередь профессор Марат Баширов. — Они предоставляли разведданные, осуществляли техническую и военную поддержку, при этом все якобы делали только Вооруженные силы Украины. Атаки на Крымский мост — это символический жест, приуроченный к событиям, которые сейчас происходят в китайском Шэньчжэне. В первую очередь это сигнал, что глобалисты сдаваться не собираются, несмотря на договоренности, которые будут заключены в Шэньчжэне.
Как говорит эксперт, атаки на Крымский мост готовились давно.
— Понятно, что любой объект в конечном итоге можно поразить. На мой взгляд, американцы знали о том, что идет подготовка, просто не могли этого не увидеть. Тут стоит вспомнить демарш Элбриджа Колби (заместителя министра обороны США по политическим вопросам) на заседании Контактной группы по вопросам обороны Украины (формат «Рамштайн»), которое прошло 17 ноября 2026 года в штаб-квартире НАТО в Брюсселе.
Политолог напоминает, что представитель Пентагона заявил, что удары Украины вглубь российских территорий не имеют большой военной значимости. После чего Колби покинул встречу, не оставшись на секретный доклад о ходе боевых действий, который зачитывал министр обороны Украины Евгений Хмара.
— Когда Зеленский заявил, что в атаках на Крымский мост было задействовано 11 видов вооружений, было понятно, что у Киева столько нет систем. Это совместная операция, которая носит не военный, а геополитический характер.
Как говорит эксперт, на этот геополитический вызов, конечно, будет ответ: военный и невоенный.
— Военный — с нашей стороны, невоенный — со стороны более широкой коалиции стран. Посмотрим, что скажут председатель КНР Си Цзиньпин, президент США Дональд Трамп и президент России Владимир Путин по итогам встречи в Шэньчжэне. На самом деле это драка глобалистов против многополярников.
По мнению политолога, трехсторонняя встреча носила в большей степени ритуальный характер, потому что все решения уже были приняты до нее.
— Стояла задача показать единство, отсутствие разногласий по ключевым вопросам. Я бы сказал, что это не «Ялта-2», а «Шэньчжэнь-1». Потому что это напрямую связано с тем, что будет на G20 (неформальный форум ведущих развитых и развивающихся экономик мира состоится 14–15 декабря 2026 года в Майами). У меня есть определенная уверенность, что президент России Владимир Путин поедет на G20.
Как говорит эксперт, если смотреть с точки зрения, кому был нанесен наибольший имиджевый удар в результате атак на Крымский мост, то это, конечно, Трамп, которому проказали, что он не всесилен в НАТО. Европейцы могут действовать и самостоятельно.
— То, что глобалисты действуют так дерзко, говорит о том, что они признают: у Трампа достаточный ресурс, и этот ресурс усилится после Шэньчжэня. Обратите внимание на фразу, которую Трамп произнес при встрече с президентом Владимиром Путиным на полях саммита АТЭС. (Входя в комнату, где уже стоял Владимир Путин, Трамп указал на него и с улыбкой шутливо спросил: «Кто это?» (Who is he?). А затем, отвечая на свой же вопрос, произнес: «Это мой друг» (He’s my friend). После этого он подошел и пожал Владимиру Путину руку, повторив: «Рад тебя видеть»). Это, конечно, ответный вызов глобалистам.
— Многих интересует, как наша сторона ответит на удары по Крымскому мосту?
— Наш военный ответ будет непропорциональным, а более масштабным. На мой взгляд, это удары по символам на символ, по мостам за мост. Это — первое. И второе — удары по энергосистемам Украины.
— Мы и так бьем по энергетической инфраструктуре Украины.
— Бьем, но не в достаточной степени. Надо бить по крупным узловым распределительным подстанциям, куда поступает электроэнергия с украинских АЭС. Надо оставить только сети, которые позволяют подавать электроэнергию из Европы на атомные станции для собственных нужд (для работы охладительных установок).
Ровенская и Хмельницкая АЭС выдает мощность по линиям 750 кВ на ключевую подстанцию «Киевская». Оттуда энергия распределяется для снабжения Киевской агломерации и передается в центральные и восточные регионы Украины. Также Хмельницкая АЭС связана линией 750 кВ с подстанцией «Западноукраинская» во Львовской области. Южно-Украинская АЭС выдает мощность по шести линиям 330 кВ (например, на подстанцию «Кварцит»).
— Если будет повреждена одна понижающая подстанция, еще можно сделать переток. Если выбить их по всей линии — это сделать уже невозможно. И второй момент, пока не трогают системного оператора, обеспечивающего стабильную работу Единой энергосистемы Украины. Нет единого системного оператора — нет понимания, откуда что перекидывать, чтобы сохранить баланс.
