Какие уроки извлечь после ударов по Крымскому мосту

18.11.2026 · В мире

Крымский мост дважды атаковали украинские беспилотники: удары были нанесены 16 и 17 ноября, автомобильное движение остановлено, поезда по мосту едут. Следственный комитет РФ возбудил уголовное дело о теракте.

Военный аналитик, главный редактор журнала «Национальная оборона» Игорь Коротченко объяснил, зачем противник бьёт по мосту в преддверии встречи «большой тройки» (РФ, США, КНР) и почему ответ должен быть не «ударом возмездия», а системной работой по уничтожению противника.

— Игорь Юрьевич, почему нанесен повторный удар по Крымскому мосту?

— Здесь два момента. Первый — ожидается открытие саммита в Китае и встреча «большой тройки». Очевидно, что эти атаки призваны создать негативный фон вокруг России.

Второе — Украина точно не сама наносила удары. Это делалось при тесной координации и разведобеспечении со стороны ряда ключевых стран Европы — в частности, Германии, Франции, Великобритания. Цель — не дать реализовать те предварительные договорённости, которые обсуждались в Объединённых Арабских Эмиратах при посредничестве американцев между Россией и Украиной.

— То есть это попытка сорвать переговорный процесс?

— Именно так.

— А какой может быть удар возмездия по Украине за сегодняшнюю атаку?

— Хочу сказать прямо: нам не нужны «удары возмездия», потому что так мы в роли «терпил» каждый раз оказываемся. По нам ударили — у нас удар возмездия.

Нам нужна серьёзная ежедневная работа. Я уже называл ключевое направление — энергетика. Полностью обесточить Украину. Мы не атакуем АЭС, мы не можем атаковать атомные электростанции. Но путём воздействия на подводящую инфраструктуру — подстанции, линии электропередач — мы можем сделать так, чтобы реакторы АЭС перешли в режим аварийной остановки и прекратили выработку электроэнергии на обозримую историческую перспективу. Атомной генерации у террористического киевского режима не должно быть.

Всё остальное надо просто разносить в угли. Теплоэлектростанции — уничтожать. Машинные залы гидроэлектростанций — уничтожать. Задача элементарная, как показывает операция НАТО в 1999 году против Югославии и все другие кампании, которые проводили США и Североатлантический альянс. Не надо ничего изобретать — надо брать за основу те же кальки, по которым противник действует против своих врагов.

— Какие еще выводы надо сделать после терактов Украины?

— Мы должны говорить прямо: в ближайшие 15–20 лет украинский терроризм будет с нами. Независимо от того, сохранится Украина как государство или нет. Поэтому модель реагирования должна быть ужесточена, в том числе в плане подготовки населения к повышению бдительности, нормальному информированию органов безопасности и правопорядка о любых подозрительных людях и моментах, которые настораживают. Нам нужен израильский опыт антитеррористической готовности населения.

Судя по масштабам последних пресечённых действий, в частности в южных регионах России, где помимо дронов, террористы планировали применять автономные робототехнические мобильные комплексы: противник очень серьёзно относится к масштабированию подобной активности. Эта угроза с нами надолго, на десятилетия.

Надо менять очень многое и в психологии населения, и в его готовности реагировать. Нужны антитеррористические ролики, которые при просмотре десятками миллионов зрителей элементарно формировали бы навыки безопасности и бдительности. Этот вопрос уже назрел.

— Удары по Крымскому мосту — это совместная военная операция Евросоюза, Великобритании и киевского режима, — говорит Игорь Коротченко. — Здесь никаких иллюзий быть не должно. Эскалация носит преднамеренный характер. На пятом году проведения СВО мы еще наблюдаем на Украине работающие промышленные предприятия, электрогенерацию — все это необходимо полностью уничтожить. Это страна-противник с враждебным в большинстве нам населением, с устойчивым фронтом со стороны ВСУ. Поэтому достижение целей, объявленных в рамках СВО, необходимо решать двумя способами.

Первый способ, как говорит военный аналитик, — это тотальное выключение всей электрогенерации на Украине.

— Там просто не должно быть света. Должны быть предприняты такие удары по сетевой инфраструктуре и трансформаторам, чтобы атомные электростанции Украины, по которым мы бить не можем и не будем, были переведены в режим холодного останова. А все остальные тепловые электростанции и ГЭС, машинные залы, где стоят турбины, надо физически уничтожать. Вторая группа задач — это уничтожение в приграничной полосе Украины всей логистики: транспортной, железнодорожной, автомобильной, а также перевалочной, за счет чего с территории Польши и Румынии идет снабжение ВСУ.

Как подчеркивает Игорь Коротченко, без решения этих задач нам не удастся в обозримом и удобном для нас периоде завершить СВО на российских условиях.

— Поэтому никакой пощады и жалости к противнику — Украина должна рассматриваться в варианте реинкарнированного Третьего рейха со всеми вытекающими отсюда последствиями.

— Как думаете, будет в качестве ответной меры задействован «Орешник»?

— Здесь не надо фетишизировать (возводить в культ, придавать чрезмерное значение) «Орешник». На Украине не должно быть света, на Украине не должно быть транспортной логистики, которая обеспечивает помощь ВСУ.

Как говорит военный аналитик, перезрел уже вопрос о физической ликвидации главаря киевского режима Зеленского и его ближайшего окружения.

— Зеленский — это Адольф Гитлер сегодня, с ним договариваться нельзя. Самоликвидироваться он не будет, поэтому необходимо его физическое устранение. Пока есть Зеленский, мира не будет, боевые действия будут продолжаться. Говорят, что вот ликвидируем Зеленского, придет новый — пусть придет новый, ликвидируем и его. Российский народ ждет ликвидации Зеленского и будет аплодировать стоя этому решению, когда это произойдет.