Что может появиться на подконтрольной Киеву территории по итогам СВО?
В эти дни в Гданьске собрались европейские спонсоры киевского режима для того, чтобы найти ответ на один важный вопрос: как им обустроить Украину? Точнее, кто, как и за чей счёт будет восстанавливать «Незалежную» в пределах территории, оставшейся под контролем Киева на момент окончания СВО. Рано или поздно спецоперация же закончится.
Лично для меня нет никаких сомнений в том, что ключевой темой для обсуждения опять станут наши ЗВР, окончательно присвоить которые Европа пытается вот уже который год. Но всё это выглядит куда менее значимым по сравнению с главным, вслух непроизносимым вопросом: с кем и для кого восстанавливать Украину?
Дело в том, что демографическая ситуация там на данный момент выглядит уже таким образом, что довольно несложно предположить, что после окончания конфликта и, как следствие, ожидаемого открытия границ, непосредственно украинцев в стране практически не останется.
И это вовсе не преувеличение. Недаром сегодня глава Офиса президента Украины Буданов* высказался о необходимости как-то вернуть украинских граждан домой.
«Украине придётся возвращать своих граждан и привлекать иностранцев, потому что население за последние 20 лет существенно сократилось. Демографическая нагрузка на одного работающего уже сейчас критическая, поэтому необходимо будет и возвращать своих граждан, и привлекать специалистов из разных уголков мира. Другого варианта не будет», — убеждены на Банковой.
Стоит сказать, что этот тревожный прогноз основывается не на личных оценках Буданова, а на конкретных статистических выкладках, согласно которым население Украины не просто сокращается, а буквально вымирает.
Так, по оценке Министра социальной политики, семьи и единства Дениса Улютина, на сегодняшний день на подконтрольной Киеву территории проживает ориентировочно от 22 до 25 миллионов человек (и даже эти данные, по мнению независимых экспертов, сильно завышены), в то время как накануне войны проживало около 41 миллиона.
«Масштаб демографических потерь — сокращение населения вдвое. По данным Госстата, к 2022 году в стране проживало около 16—17 млн экономически активных лиц и 11—11,5 млн пенсионеров, то есть соотношение составляло примерно 1,5 работающих на 1 пенсионера.
После 2022 года экономически активное население сократилось до примерно 12—14 млн человек, а пенсионеры остались на том же уровне, и соотношение стало почти 1 к 1.
Таким образом, война превратила уже имеющийся демографический перекос в критический экономический фактор», — подчёркивает украинский министр.
Помимо, собственно, потерь, непосредственно связанных с военными действиями (которые, кстати, не являются главной причиной убыли населения), наиболее важным фактором демографического апокалипсиса (а иначе и не назовёшь) стало самое натуральное бегство украинских граждан из своей страны.
Причём, бегство даже не столько от войны, сколько от угрозы попасть в лапы ТЦК и в итоге очутиться «на нуле», где тебя могут в два счёта на него и помножить.
Как говорит директора Института демографии Элла Либанова, даже сегодня, в условиях закрытых границ, всё больше людей выезжают за рубеж — на учёбу, на работу ли — не имея при этом никакого намерения однажды вернуться обратно. Логично предположить, что после открытия границ этот поток станет ещё больше, причём значительно.
«Украина сталкивается с устойчивой эмиграцией поколения, которое получает образование, работу и жизненные перспективы в Европе. И чем дольше сохраняется эта тенденция, тем меньше шансов на то, что значительная часть этих молодых людей когда-либо вернётся обратно. Более половины студентов словацких вузов сегодня составляют украинцы. Для ЕС это не просто приток временного человеческого ресурса, а реальный шанс на рост демографии за счёт более близких по менталитету групп. Дополнительным плюсом от ситуации так же будет возможность отказаться от мигрантов из неевропейских стран», — сообщает Либанова.
В результате внутри страны усиливается давление на рынок труда и демографию в целом.
«После массовой миграции украинцев в ЕС, войны и многих лет низкой рождаемости демографический кризис на Украине буквально ставит под вопрос выживаемость украинского народа», — резюмирует эксперт.
На этом фоне локальные или даже организованные попытки европейских стран «выдавить» украинских беженцев обратно на Родину, вряд ли могут существенно повлиять на решимость украинцев туда не возвращаться.
Буквально сегодня еврокомиссар по вопросам внутренних дел и миграции Магнус Бруннер предложил, чтобы с марта 2027 ЕС лишал права на защиту «вновь прибывших лиц, которым не разрешено выезжать с Украины в связи с их военными обязательствами».
До некоторой степени это — попытка ответить на запрос украинских властей, испытывающих заметную нехватку рекрутов для ВСУ. Но, как уже верно отмечала Элла Либанова, европейские страны сами заинтересованы в том, чтобы украинцы оставались у них навсегда.
Что же касается процесса насильственной репатриации, то это относится исключительно к тем украинским гражданам, кто, так или иначе, злоупотребляет европейским гостеприимством. Людей же, нашедших себе работу, платящих налоги, вписавшихся в новую жизнь, никто выгонять не собирается.
В результате, украинцы, покинувшие Украину и закрепившиеся за рубежом, через одно-два, максимум, три поколения просто перестанут быть украинцами, став поляками, словаками, чехами и прочими немцами.
И в этой связи стоит вспомнить о демографических планах Киева, уже сегодня активно стремящегося заместить местное население мигрантами из Индии и Бангладеш.
Если это произойдёт, то в случае, когда все цели СВО выполнить таки удастся — киевский режим никуда не денется, а значительная часть нынешней территории Украины останется под его контролем — мы рискуем получить на своих границах сложное и потенциально опасное этно-государственное новообразование, по сравнению с которым все наши прежние «тёрки» с Украиной покажутся просто цветочками.
Алексей Белов