Die Zeit: Жаль, что русская империя никак не помрет

24.12.2016 · Общество
кремль

Россия 2016 года и повсюду слово «империя». Есть яхт клуб Империя, гостиница «Империал», империя кукол, империя «Пицца» и фарфор «Империал». На Западе тоже не умер империализм, но там эта идеология была настолько гипертрофирована, что теперь она означает колонизацию, эксплуатацию и войну. В этом нет ничего привлекательного. В России же, наоборот, слово «имперский» ассоциируется с эксклюзивностью и необыкновенной доброкачественностью. Понятие «империя» реабилитировано, считает также российский социолог Эмиль Пайн.

25 лет назад Советский Союз тихо испустил дух. После 9 мая 1945 года это было, пожалуй, крупнейшим достижением империи. Она исчезла в результате подписания документа, а не объявления войны.

Но что должно было прийти на смену?

Прошлое не прошло, по меньшей мере, не повсюду и не одновременно. В эстонском Таллине советский Бронзовый солдат был удален из центра лишь в 2007 году. В грузинском Гори памятник Сталину был снесен в 2008 году после войны между Грузией и Россией. На Украине города с коммунистическими именами переименовываются лишь теперь.

А как в России? Памятник ужасному советскому основателю секретной службы Феликсу Дзержинскому был, правда, снесен еще в 1991 году. А сегодня вновь появляются требования восстановить его, ибо памятник не был разрушен, а лишь законсервирован. А опросы свидетельствуют о том, что сейчас больше половины российских граждан сожалеют о падении Советского Союза.

Однако многие русские, чья страна стала правопреемницей Советского Союза, потеряли свою идеологическую Родину и так и не нашли новую. Некоторые потеряли свою родину в прямом смысле слова. Миллионы русских неожиданно оказались за границей в необычной роли меньшинства, поскольку вдруг возникли границы там, где их прежде не было.

Они лишились правопорядка, который до сих пор обозначал их жизнь. Вместо этого появилось робкое обещание о свободе, которое стало испаряться, когда уже вскоре жизнь русских ухудшилась. Для России или скорее для значительной части российского общества это стало вскоре больше катастрофой, чем счастьем.

Примечательно, что вскоре после распада Советского Союза, как показывают тогдашние опросы общественного мнения, для большинства русских чувство великой державы, выразившееся позднее в зароке «подняться с колен», не играло никакой роли.

Когда в 2014 году Владимир Путин приказал [присоединить] Крым, его популярность побила все рекорды. С тех пор «Крым наш» стал объединяющим лозунгом.

Среди достижений Путина, согласно опросам, на первом месте стоит то, что он вновь сделал Россию великой державой. И только затем следуют повышение пенсий и другие реформы. Стать снова кем-то для большинства общества явно важнее, чем хорошо жить в материальном плане.

Сегодня Путин не собирается воссоздавать Советский Союз. Половина русских могут сожалеть о его крахе, но его возврата желает только меньшинство. Теперь преобладает идеология из смешанных составных частей, в которой имеют место и советские элементы.

Сила этой идеологии в ее гибкости и ее способности к маскировке. Ее сложно ухватить и она меняется, когда этого требуют обстоятельства.

Основой этой идеологической смеси является 9 мая 1945 года, день победы над гитлеровской Германией. «Эта дата является костяком, на котором может строиться национальная идентичность, патриотизм и историческое прошлое. Это единственное событие, которое действительно объединяет поколения», — говорит политолог Валерия Касамара.

Поэтому и танки, которые с гордостью демонстрируются, и звенья боевых самолетов, которые 9 мая пролетают в сияющем московском небе. 9 мая это цемент, скрепляющий эпохи, идеологии и поколения.

25 лет это период, которым измеряются поколения. Выросло одно поколение, которое не помнит Советского Союза. Но какое влияние оказали на него воспоминания и переживания родителей, бабушек и дедушек?

Касамара уже многие годы проводит опрос только что достигших совершеннолетия студентов из элитных университетов. Например, из Московского Государственного Университете или из Высшей школы экономики в центре Москвы, в котором преподает сама Касамара. Ее опросы, базирующиеся на продолжительных интервью, не показательны. Однако они рассказывают о том, как думает подрастающая городская элита.

Пять лет тому назад, говорит Касамара, эти студенты страдали ностальгией по Советскому Союзу. Они говорили о том, как много раньше помогали друг другу, какой замечательной была дружба народов, о том, что буханка хлеба стоила тогда всего 15 копеек, а не 60 рублей, как сегодня. Однако в этом году, правда, Касамара все еще занимается анализом, она не нашла ни следа ностальгии.

Молодежь довольна своей жизнью, экономический кризис почти не затрагивает их семьи, а политикой большинство из них и так не интересуется. Они хотят жить в России, найти хорошую работу, создать семью, путешествовать. Крайне важен для них также интернет, массивные ограничения которого существенно затронули бы молодежь.

На ум приходят сразу же тинейджеры в Берлине, Варшаве или Барселоне — подростки, которые живут по правилам общества потребления и хотят реализовать себя. Можно было бы подумать, что эта русская молодежь и в целом имеет много общего с европейской, однако это впечатление обманчиво.

Ностальгия по Советскому Союзу хотя и не присуща студентам, поскольку их родители принадлежат к поколению перестройки и мало рассказывают им мифов о советской истории. Но старая система координат затронула и их. В центре ее — стремление иметь сильного лидера, сильную руку, которая наводит порядок (но не вмешивается в личные дела и в самовыражение). Для этой элиты Путин является олицетворением патриотизма.



Комментарии для сайта Cackle